Мы так долго стояли на краю пропасти, что стали называть этот край родным (с).
- От добра бобра не ищут,- я лениво уплетал бутерброды, и молоко с кофе. С постели на меня злобно покосились: и из-за слов, и из-за кофе, после которого у нее изжога, потому пить не может...- Чего опять не спишь?
- Ты чафкаешь громко.
Усмехаюсь. Огрызается - значит, еще не все потеряно, может, и выйдет чего путное из этой клуши... Ты же знаешь, что это состояние не всегда бывает полезным. Чихаешь. И еще. И еще.
- Будь.
- Буду...
Откидываюсь на спинку стула, дожевывая и допивая остатки. Ты становишься скучной. Потому я прихожу к тебе все реже, потому ты обессиленно считаешь ночами плитку на потолке.
- Почему ты боишься больших пространств?
Вздыхаешь.
- Не знаю, милый...
- За то я знаю,- а ведь я действительно знаю. Я все о тебе знаю, моя детка, знаю больше. чем ты сама о себе и, возможно, больше, чем в тебе есть на самом деле.- Ты не можешь заполнить пространство и тебе становится холодно и страшно. И еще одиноко, даже если кто-то рядом. А еще тебе все время кажется, что там, за запертвой намертво дверью в комнату...- смотрю на тебя, усмехаясь..
И замолкаю. Ты устала и бледна, моя детка, отдыхай. Встаю и лениво начинаю одеваться.
- Бросаешь?- разглядываешь мою спину, я чувствую твой, грустно-теплый, взгляд.
- Ухожу. Когда вернусь - не знаю. Возможно, когда ты станешь мне интересной,- слышу всхлип, и тихо улыбаюсь.- Или когда ты заснешь сейчас.
Потягиваешься, улыбаясь. Ты довольна мной и моим ответом.
- Иди к черту, Влад.
- Буди Ляну, милая. Завтра трудный день, в ней тебе будет легче.

@темы: Влад, автор